July 2017

M T W T F S S
      1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 2627282930
31      

Записи

Охранка



Согласно сказанному в Дашачакра-кшитигарбха-сутре, каждый, кто видит, слышит, говорит, прикасается, хранит или думает об этой десятислоговой царской мантре, будет избавлен от всех страданий и несчастий.
Мангалам!

June 14th, 2017

kata_rasen: (Default)
Wednesday, June 14th, 2017 12:44 am
Однажды Гарик не приготовил урока и получил двойку. Кора набросилась на сына.
— Не надо его ругать, — спокойно сказал Дау. — Откуда ты знаешь, может быть он решил не работать, а быть профессиональным паразитом.
Кора рассказывала, что Гарик страшно покраснел и вышел из комнаты. После этого не было случая, чтобы он пошёл в школу с невыученными уроками. Учился он хорошо, но отличником не был. И это понятно, ведь его отец утверждал, что есть предметы, по которым стыдно иметь оценку выше тройки.
Дау никогда не наказывал сына. Желая удостовериться в этом, я спросила у Игоря, когда он стал взрослым:
— Тебя отец когда-нибудь наказывал?
— Что ты имеешь в виду? — не понял он.
Не наказывал, не принуждал, предоставлял полную свободу. Вместе с тем мальчик рос в обстановке труда: с утра до вечера работал отец, не покладая рук трудилась мать. А в адрес тех, кто отлынивал от дел, раздавались реплики, от которых становилось не по себе:
— Это лодырь, поэтому он выбрал себе вшивое занятие. Вошь — паразит, и он паразит. Вроде вши.
Или:
— Что о нём говорить, перестал работать и впал в ничтожество.
Было столько презрения в его голосе, что у меня на всю жизнь врезалось в память, как что-то самое страшное — перестать работать и впасть в ничтожество.

(с) Майя Бессараб, "Так говорил Ландау"

***

Семидесятый год. Кэп ездит на мотоцикле, смотрит кино про самого себя и разруливает студенческие демонстрации, хиппи протестуют против загрязнения воздуха и устраивают митинги на аэродромах, Наташа Романова, чтобы не отставать от моды, пересматривает дизайн костюма, а Питер Паркер... болеет гриппом.

kata_rasen: (Default)
Wednesday, June 14th, 2017 12:37 pm
Снилось: как будто в компьютерной игре строю платформу на воде, а на платформе - замок. Сажаю на башни двух ящеров, напоминающих крокодилов, только у них длинные пальцы, и они сворачиваются на манер креветки. Оказавшись на башнях, ящеры оживают и принимаются весело болтать с людьми. Людей много, огромная толпа. Кажется, это население вселенной Изумрудного города. Множество рук принимает меня.

План на сегодня: вообще-то надо пилить сайт и заниматься астрологией, но ещё я хочу общаться с воображаемыми друзьями. В семидесятом году, к большому моему возмущению, погиб капитан Стейси. К тому, что Гвен погибнет, я была морально готова, а к тому, что сначала погибнет её папа, как оказалось, нет. Я уже успела привыкнуть к старому полицаю. Санскрит старший товарищ на сегодня отменил.
kata_rasen: (Default)
Wednesday, June 14th, 2017 07:49 pm
Сорок первый год. Баки, Торо и ещё несколько мальчишек объединяются, чтобы бороться с фашизмом. Это первая детская команда. Она очень толерантная: в ней есть толстяк, очкарик и мальчик-негритёнок. Хотя ни одной женщины-героя пока не появилось, женщин часто можно видеть среди спецагентов и в полиции. Капитан Америка сражается с зомби. До принятия Комикода, который запретил рисовать зомби, потому что они страшные, ещё тринадцать лет.



Комиксы военного времени довольно занудны и однообразны. Все положительные персонажи заняты борьбой с фашизмом, вредителями и организованной преступностью (в основном с фашизмом), каждый второй немецкий злодей носит монокль, мультяшные зверушки, которых начали рисовать в сорок втором году, занимаются тем, что служат в армии и побеждают немецких фашистов. Батальные сцены везде, повсюду, в любом контексте. Даже к Казару в его джунгли пришла вторая мировая война. Злодеем быть опасно, потому что подавляющее большинство злодеев не доживает до следующего выпуска. Комиксы, которые делают вид, что они юмористические, изображают, как забавные зверушки пытаются друг друга поубивать. Никакими пацифистскими мотивами и не пахнет. Можно понять тех людей, которые формулировали принципы Комикода: это было слишком много насилия, слишком много лет подряд.

kata_rasen: (Default)
Wednesday, June 14th, 2017 11:03 pm
Вообще принято считать, что в толпе человек резко глупеет до уровня инстинктов и элементарных эмоциональных реакций. Поэтому толпу именно и хорошо собирать, чтобы привести её в ярость и направить что-нибудь крушить, так как те же люди, будучи взяты по отдельности, так безобразно, скорее всего, вести себя не будут.

Отечественный опыт последних лет показал, что если собрать в одном месте большое число интеллигентов, то им в основном удаётся сохранить в себе эффекты воспитания. Скамейки они не ломают, окна не бьют, но и эффект устрашения тоже не достигается. Некоторую часть собравшихся невежливо отлавливают, и в течение следующих месяцев досуг всех остальных эффективно занят поиском способов вызволить отловленных или, во всяком случае, обсуждением инцидента. Занятно, что при этом у участников складывается ощущение, что они заняты какой-то борьбой.

Менее культурная часть населения, как понятно, давно бы уже порвала полицаев на британский флаг; потому что сколько полицаев, а сколько населения? Но именно эту часть всё устраивает, судя по тому, что она раз за разом на очередных выборах голосует за всё те же самые физиономии.

Итого, если смотреть на вещи объективно, мы имеем население, которое завело себе крокодила и в целом им довольно, и небольшую прогрессивную прослойку, которая не довольна ни крокодилом, ни остальной частью населения, но сделать ничего не может, потому что воспитание не позволяет.

***

В наблюдаемой картине я во многом вижу эффект того, что с крушением социалистического проекта в детях перестали взращивать соответствующие идеалы, а другими их не заменили, потому что жизнь сделалась настолько непонятной, что трудно было решить, во что верить и что объяснять детям. Система образования пошатнулась, но в части обучения кое-как уцелела, а воспитывать детей, в общем-то, перестали. Поскольку природа не терпит пустоты, то идеалы, нормы и ценности стали формироваться самотёком, из того, что было доступно. Сперва по головам распространились блатные понятия, которые обеспечивали неплохую адаптацию в агрессивной среде, потом с ними причудливо слилось православие в форме почитания бога как пахана, и патриотизм, подозрительно отдающий нацизмом, а сверху упала ещё более причудливо понятая рыночная экономика, в связи с которой мы начали верить, что молодец тот, кто дорого продал, а какую херню он продал - вопрос десятый. Местами в это вплетались восточные учения, творчески переработанные через десятые руки, и несколько более современные идеи декадентского толка.

Воспитанные этим люди отлично чувствуют себя под началом воров и подлецов, им не нужно одобрение Америки и Европы (они их презирают), они с удовольствием поверят в то, что геи - страшные люди, которые всех вокруг хотят завербовать в пидарасов, и так же легко они поверят, что наших больных детей усыновляют в западные страны исключительно для того, чтобы зверски убить. Им не кажется странным богатство церковников и тюремные сроки за задетые чувства верующих. Они составляют демократическое большинство, которое устраивает то, что происходит.

Кто мы такие, собственно, чтобы спорить с мнением большинства? Что мы сделаем с таким количеством детей педагогической пустыни?

***

Кажется, немаловажным фактором, который способствовал успеху метода Макаренко, было то, что он работал с беспризорниками, и ему не нужно было бороться с разрушительным эффектом, который на воспитание человека оказывает его семья. Именно поэтому его метод невозможно применять массово, потому что как убедишь людей, что нельзя баловать ребёнка и нельзя обращаться с ним жестоко, в том числе эмоционально жестоко, что это уродует человека? Как убедишь, когда так просто наорать, ударить или откупиться подарком? Воспитание личности требует больших усилий и большой заинтересованности в процессе. Редко, когда родители к этому готовы. У них и без того дел хватает.

Чаще всего, когда ребёнок грубо разговаривает, когда он циничен, высокомерен и жесток, можно легко проследить, кого из членов своей семьи он копирует. Я не знаю способа бороться с тем, что дети учатся у родных худшему. Если человека трудно перевоспитать после пяти, то перевоспитывать после двадцати пяти - почти безнадёжная задача. Тем более, если человек приходит к нам не для того, чтобы мы сделали его лучше, а для того, чтобы мы сделали его ребёнка... лучше? Нет, более управляемым и удобным.

Дети вынуждают нас быть тиранами, потому что их жизненный опыт показывает: если их захлестнут эмоции, только чувство страха сможет сдержать их. Взрослый, который не может их напугать, не сможет с ними справиться, и тогда они останутся наедине со своими чувствами, которые для них слишком велики. Безотчётно они провоцируют нас на проявления агрессии, потому что только так они умеют достигать упорядоченности и спокойствия. Они презирают нас, когда мы стараемся быть гуманными, потому что им нужно, чтобы мы были сильными, и редко, когда взрослому удается стать сильным, не став жестоким.

***



Сделала кусок сайта. Больше ничего полезного не сделала. Дочитала до середины сорок первый год. Думаю, как же всё-таки справляться с тридцатилетним разрывом? Девичьи комиксы нет смысла начинать читать с серебряного века, потому что там большинство серий началось ещё в золотом. Надо как-то продраться через вторую мировую и дотерпеть до сорок пятого года. А там уже пойдут Милли, Пэтси...